Мои путешествия (krisandr) wrote,
Мои путешествия
krisandr

Categories:

Долина Гленко 2

Над замком был приспущен флаг;
Ни барабан, ни лай собак
Не возвестил, что близок враг,
В одежды друга облаченный;
И песни звонкие звучат,
И прялки брошены - спешат,
Надевши праздничный наряд,
Гостей приветить девы, жены.
Рука, державшая бокал,
Схватилась в полночь за кинжал;
Хозяин первой жертвой пал,
За хлеб и соль дождавшись платы.
И головня из очага,
Что согревал вчера врага,
Зажгла, как молния стога,
Дом, безмятежным сном объятый.
И все смешалось в тот же миг.
Напрасны были плач и крик,
И ни младенец, ни старик
В ту ночь не дождались пощады.
Выл ветер много дней подряд,
Разбушевался снегопад,
Но вьюг свирепее стократ
Волк, нападающий на стадо.
Я сед, меня гнетет недуг,
Но хоть у арфы слабый звук,
Ее не выпущу из рук,
Смиренный траур не надену.
Будь каждый волос мой - струна,
Мой клич вняла бы вся страна:
"Шотландия! Пора сполна
Воздать за кровь и за измену!""
                        Вальтер Скотт. 1814 год.

DSC_4534_resize.JPG

В 1688 году в результате Славной Революции принц Вильгельм Оранский вступил на английский престол, сместив Якова II. Несогласный с этим Джон Грэхем, 1ый виконт Данди, поднял восстание (Якобитское восстание 1689 года). Оно потерпело поражение.
27 августа 1691 года Вильгельм предложил горским кланам свое прощение за участие в Якобитском восстании. Манифест об освобождении от ответственности вывесили на рыночном кресте в Эдинбурге, а также на рыночных крестах всех крупных городов королевства. В нем повелевалось всем, кто выступал против короля Вильгельма и королевы Марии с оружием в руках, предстать перед шерифами их областей и принести присягу в верности. И это под страхом сурового наказания со стороны правосудия надлежало сделать до 1 января 1692 года. Главы кланов отправили письмо опальному шотландскому королю Якову, скрывавшемуся во Франции. Теперь многое зависело от того, насколько быстро Яков отреагирует на воззвание вождей. Во дворце Сен-Жермен-ан-Лэ в окрестностях Парижа он вел комфортную жизнь на пенсию, выплачиваемую Людовиком XIV.

DSC06354_resize.JPG

Прошло 12 недель с отбытия Мензи и Барклая с письмом к королю, но известий из Франции не приходило.
21 декабря, когда его уже и не ждали, майор Дункан Мензи прибыл в Эдинбург. Он постучал в дверь дома Carwhin и упал в изнеможении. Он покинул Париж 9 дней назад и добрался сюда из Лондона за 4 дня. Он привез разрешение, данное Джеймсом (Яковом) кланам: «Нашему верному и горячо любимому генерал-майору Томасу Бухану, либо тому, кто командует нашими войсками в древнем королевстве Шотландия.
Король Джеймс».
«От всей души приветствуем тебя, преданнейший и горячо любимый. Ведомо нам о положении наших подданных в Хайленде, и об условиях, поставленных тебе и нашим офицерам от нашего преданного и горячо любимого сэра Джорджа Барклая, бригадного генерала наших войск, а также от нашего преданного и горячо любимого майора Дункана Мензи. И посему мы полагаем удобным сим уполномочить тебя дать разрешение нашим вышеназванным подданным и офицерам, кои до сего времени были так преданны нашему делу, сделать все возможное для собственной безопасности. Да будет в этом письме твое правомочие. Написано в Сен-Жермене, 12 декабря 1691, в 7-й год нашего правления».
А с середины месяца марширующие солдаты уже двигались на север красными колоннами. Были мобилизованы все отдельные роты кланов, настроенных в пользу Вильгельма.

DSC_4444_resize.JPG

22 апреля 1689 года Сословное собрание Шотландии дало согласие на предложение 10-го графа Аргайла поставить на службу королю Вильгельму и королеве Марии пехотный полк из членов его клана. Сословное собрание заявило, что они рады это сделать ввиду особого доверия к преданности, мужеству и благонравному поведению вышеназванного графа. Причины, заставившие его выразить свою новоявленную лояльность столь экстравагантно, были сочтены несущественными при вынесении этого постановления. В то время было не до того, чтобы пристально рассматривать людские мотивы, но через 2 месяца графа формально восстановили в титулах и землях, которые конфисковал у его семьи Яков II 4 года назад.

DSC_4447_resize.JPG

600 человек навербовали из долин Лорна, Ковала, Напдейла и Аргайла, разделили на 10 рот, назначили туда офицерами мелкое дворянство Кемпбеллов и их сыновей и зачислили в штат королевской армии для использования когда, где и как его величество сочтет нужным. Ни один другой горский вождь или лоулендский лэрд не принес Вильгельму Оранскому столь же ценного и желанного дара. Кемпбеллы не были грубой деревенщиной, из которой пришлось бы воспитывать солдат. Несмотря на то, что их чванство по части ведения войны горько пострадало при Инверлохи 40 лет назад, когда МакДональды наваляли им люлей, а вождь Кемпбеллов бежал на своей черной галере, они все еще представляли грозную силу среди кланов, и 600 человек, необходимых для формирования нового полка, были менее чем 1/5 их боевой мощи. Это был первый регулярный полк из Хайленда, сформированный британской короной за 50 лет до создания 42-го полка Черной Стражи.

DSC06382_resize.JPG

Арчибальд Кемпбелл, 10-й граф Аргайла и 15-й MacCallein Mor из клана Кемпбелл, усвоил важный урок из бедствий, постигших его отца и деда, и он был намерен никогда не направлять вожжи своего жизненного пути в сторону ступенек на эшафот, где они умерли. На протяжении большей части его жизни графство и титулы его семьи были конфискованы короной, и он решил, что высокопринципиальная непримиримость не поможет восстановиться в правах. Когда его отец поднял половину клана Кемпбелл во имя Монмута в 1685 году, он был готов поднять другую половину клана во имя Якова II и отдать отца под суд. Потом он заявил, что перейдет в католическую веру, если Джеймс восстановит его в правах на титулы и земли, которые были отняты у семьи вместе с головой отца. Этот крайне материальный подход к духовным вопросам оскорбил короля, и Кемпбеллу пришлось спешно рвать когти в Голландию. В 1688 году он возвратился вместе с Вильгельмом, снова, будучи добрым протестантом.

DSC06388_resize.JPG

Все кланы, кроме МакДональдов, присягнули Вильгельму и Марии.
За 24 часа до окончания года Аласдар МакДональд наконец прибыл в Инверлохи. Он сказал:
- Я пришел, чтобы принести присягу. Можете ли вы содействовать моему освобождению от ответственности, как то предписано королем Вильгельмом?
Хилл был поражен, а затем разозлен столь же от собственной беспомощности, сколь и от упрямой гордости МакДональда. Слова манифеста были столь недвусмысленны, что их понял бы и мальчишка. Присяга должна быть принесена «в присутствии шерифов, либо их заместителей из тех областей, где проживают вышеназванные лица».
- Я не могу принять у вас присягу, – нетерпеливо сказал комендант Хилл. – Вы должны предстать перед Кемпбеллом из Ардкинглас в Инверари.
МакИэн ничего не ответил, но его молчание и горечь, отразившаяся в чертах его лица, говорили сами за себя. Он не мог принести присягу перед шерифом Кемпбеллом, в городе Кемпбеллов, где он находился в заточении, а людей его клана вешали. Злость Хилла внезапно исчезла от осознания упрямой гордости этого человека, и он простил ему эту детскую попытку избежать полноты уничижения в покорности. Ардкинглас был хорошим человеком, комендант осторожно попросит его, и не будет ничего постыдного в том, чтобы покориться ему, разве МакИэн не понял этого? Разве он не понял, чем рискует сам, как и его народ, придя в Форм Уильям вместо Инверари, да еще и за 24 часа до назначенного срока? Августовский манифест с убийственной прямотой обозначал эти риски: «Те же, кто продолжит упорствовать в непослушании после этого милостивого предложения помилования, будут наказаны, как предатели и мятежники, по всей строгости закона». Хилл мог бы сказать и более того, если бы то позволил его служебный долг и честь, - о солдатах, марширующих на Инвернесс и Инверлохи, о свирепых и недвусмысленных угрозах Стэра.. «МакДональды попадутся в эту западню… это подходящий момент, чтобы нанести им удар… горцы не смогут ни сами сбежать от нас, ни увести жен, чад и скот в горы…».
МакИэн уже почти попал в эту западню, и, несмотря на то, что Хилл не мог сказать ему об этом, одного тона его голоса было достаточно, чтобы встревожить вождя. Выражение его лица смягчилось, и за этим Хилл мог заметить обуревавший того страх. Комендант сел за стол, пододвинув к себе бумагу, перо и рог с чернилами. Он посмотрел на жесткую кожаную куртку, берет, зажатый в кулак, тающий снег на тартане и коже. Времени мало, - сказал Хилл, – погода дурная, и он сомневается, что МакИэн сможет достичь Инверари до первого часа Нового года. «Но, - он дружелюбно улыбнулся, - я попрошу Ардкингласа принять тебя, как заблудшую овцу». И он начал писать.

DSC06399_resize.JPG

Путь в Инверари, который он избрал, был не самым близким. МакИэн был стариком, он не спал свыше 24 часов, и большую часть этого времени он провел на открытом воздухе в суровую погоду, и он все еще был далеко от Инверари.
На заре 2 января, спустя 3 дня после того, как они покинули Гленко и поехали в Инверлохи, они прошли сквозь оголенные лесонасаждения долины Glen Aray к столице Кемпбеллов.
Изнуренных слуг вождя, следовавших по пятам за его пони, вид Инверари лишь расстроил, - высокий замок с круглыми башенками, улицы со скученными домами, торговые лавки, городская тюрьма и здание суда, лодки, с которых на озере удили сельдь под снегом и ветром. Здесь было средоточие богатства и власти Кемпбеллов, и здесь стоял Холм Рока, где повесили не одного человека из Лохабера. За пределами замка лежали огромные заснеженные парки, древесные аллеи и великолепные сады, ожидавшие весны. Это был город, который их отцы дважды грабили, и они шли вдоль домов со ступенчатыми фронтонами неторопливо и осторожно.

DSC06391_resize.JPG

МакИэн снял жилье в небольшой пивной. Он послал весточку Ардкингласу и ждал.
Ардкингласа не было в Инверари. Он был за озером Loch Fyne, встречался со своей семьей, и ни один разумный человек не ожидал его возвращения, пока погода не улучшится.
3 дня МакДональды отсиживались в той пивной. Это было неподходящее время для людей с символами клана МакДональд на беретах передвигаться по центру Аргайла.
В понедельник 5 января сэр Колин Кемпбелл из Ардкинглас возвратился с новогоднего отдыха и вызвал МакИэна в здание суда.
Он пожурил МакИэна за опоздание, не согласившись с тем, что задержка вызвана погодой, и отказался принять присягу. Читая воззвание коменданта, Ардкинглас заколебался: «… он побывал у меня, по неведению пропустив несколько дней, но хорошо будет принять эту заблудшую овцу в любое время, это позволит с легкостью исполнить волю королевского правительства». Чуть помедлив, Кемпбелл снова покачал головой. Закон есть закон. Манифест был издан 5 месяцев назад, у МакИэна было достаточно времени, чтобы прийти в срок.
- Прими у меня клятву, - сказал, наконец МакИэн, - и клянусь честью, что я прикажу всем своим людям сделать то же самое. Ты можешь взять под стражу тех, кто откажется это сделать, и отправить их солдатами во Фландрию.
И Ардкинглас не нашел в себе воли и сил противостоять этой ужасающей покорности.
- Приходи ко мне завтра,- сказал он, - и это будет сделано.

DSC06407_resize.JPG

На следующее утро МакИэн явился из таверны в здание суда, за ним двигались его слуги, его голова с лихо заломленным беретом была высоко поднята. Перед шерифом и его служащими, перед городскими офицерами в алом и горожанами, застывшими у окон, он поклялся и подписал присягу королю Вильгельму и королеве Марии, испросив у них помилования и потребовав их защиты и освобождения от ответственности. Ночные раздумья охладили сочувственный настрой шерифа, и, возможно, он вспомнил, что перед ним был человек, чье дерзкое племя вопиюще дурно обходилось с законом и с кланом Кемпбелл. Он еще раз отчитал МакИэна за позднюю явку и предостерег, что нет гарантии того, что Тайный Совет примет эту присягу. Потом, снова смягчившись, он сказал, что отошлет письмо Хилла вместе с собственными рекомендациями клерку суда шерифа в Аргайле, который был в то время в Эдинбурге, попросив того передать все эти материалы Тайному Совету. Однако глава клана Кэмпбеллов увидел в задержке присяги предлог для сведения счетов с МакИэном и его кланом, поэтому имя МакДональда было вычеркнуто из заверенного списка принесших присягу.

DSC06392_resize.JPG

В тот вечер у Стэра имелось 2 порции инструкций наготове на подпись королю. Первая была краткой и адресовалась Тайному Совету Шотландии, в ней король провозглашал: «Мы полагаем необходимым ради блага нашего королевства применить закон во всей его строгости». С этой целью он посылал приказы главнокомандующему о задействовании войск для «лишения жизни этих упрямых мятежников всеми враждебными способами». Он потребовал, чтобы Совет оказал всю необходимое содействие Ливингстону, дабы все познали крайнюю тяжесть наказания, которое угрожает всем тем, кто поддерживает мятежников, а также особо позаботился о том, чтобы не пострадали те, кто принес присягу.
«Сим повелеваем вам и поручаем вывести на марш наши войска, кои в настоящее время прикомандированы к Инверлохи и Инвернессу, и выступить против этих горских мятежников, кои не извлекли для себя пользу из нашего манифеста об освобождении от ответственности, огнем и мечом и всеми иными враждебными способами; сжечь их дома, захватить или уничтожить их пожитки и скот, домашнюю утварь и одежду, и перебить мужчин».

DSC06408_resize.JPG

Почти все ротные офицеры были из мелкого дворянства клана Кемпбелл, землевладельцы и вассалы-арендаторы Аргайла и их сыновья. Семьи, из которых происходили офицеры, в разное время были ограблены или претерпели обиды, их земли были обобраны мужами из Гленко. Они тяжело пострадали от рейда Атолла, потеряв родичей и арендаторов, повешенных или транспортированных за море, и большая их часть имела причины ненавидеть все или некоторые якобитские кланы. Так что они надеялись не только на славу, но и на месть.
Рота Аргайла была набрана из его арендаторов близ Инверари. Но их тщеславия и свирепых боевых традиций было недостаточно, чтобы сделать из них солдат регулярной армии. В мае 1689 года Тайный Совет перебросил «16 лучших солдат из полка Баргани» в полк Аргайла, дабы они служили там сержантами, капралами и старшими барабанщиками. Это были лоулендеры. Они были грубыми, опытными солдатами, намеренными превратить дикарей в пехоту, нещадно используя богохульства, угрозы, устав и алебарду. Но прежде чем этих Кемпбеллов начнут учить держать мушкет и наступать со штыком, подвязывать штаны под коленом и заплетать волосы в косицу, - они должны принести воинскую присягу.

DSC_4453_resize.JPG

Согласно этой присяге все офицеры и солдаты были неразрывно связаны клятвой исполнять все, что им прикажут. Текст присяги нельзя было обжаловать на том основании, что она идет вразрез с совестью или убеждениями. С тем, чтобы они, без сомнения, знали те воинские артикулы, которым поклялись подчиняться, 69 «Законов и наставлений, касающихся воинской дисциплины» громко зачитывали перед строем роты каждый месяц, и переводили на гэльский для тех, кто не знал английского. Согласно Артикулу 9 дача врагу совета, информации или предостережения наказывалась смертью. Артикул 16 устанавливал, что за отказ повиноваться приказам полагается смерть. Артикул 19 устанавливал, что за предумышленное убийство полагается смерть. Артикул 20 устанавливал, что за воровство и грабеж полагается смерть. И по иронии судьбы Артикул 37 могли бы вспомнить солдаты Гленлайона и Драммонда во время нападения, предпринятого на заре в февральский снежный буран в Гленко: «Если кто осмелится нанести побои или дурно обойтись со своим хозяином, его женой, ребенком или слугой там, где он размещен на постой, его должно заковать в кандалы. И если он поступит так во 2 раз, его следует наказать снова, а те, кому он нанес ущерб, имеют право на компенсацию. И кто бы ни совершил насилие над женщиной, даже если она принадлежит к врагам, это надлежит покарать смертью».

DSC_4454_resize.JPG

2 роты из полка графа Аргайла выступили маршем на Гленко под командованием капитана Роберта Кемпбелла из Гленлайон. Ему было 60 лет. Он был картежником и алкашом. Он был расточительным и разоренным. Он был так много должен своим родичам, друзьям и врагам, что не смог бы прожить достаточно долго, чтобы уплатить долги. Подобно всем Кемпбеллам из Брэдалбейна, у него была большая семья, 6 сыновей и 5 дочерей, и он бесстыдно принимал их подаяния, как если бы именно это было целью их зачатия. Единственной землей, которой он ныне владел в Глен Лайон, был Честхилл, и даже он был записан на жену, чтобы он не мог проиграть и это в карты. В 59 лет он получил звание капитана в полку Аргайла. Роберт Кемпбелл, 5-й лэрд из Гленлайон, никогда не испытывал недостатка в мужестве, несмотря на это ближе к концу жизни он был скорее отчаянным, чем храбрым.

away.php.jpg

Долина, которую его семья занимала уже почти 2 сотни лет, была самой длинной в Хайленде, извиваясь на 25 миль от озера Лох Тэй до озера Лох Лайон, и с проходами к пустоши Раннох. Она прекрасна, и ей дали множество имен, - Долина Темной Воды, Пустынная Долина, Изогнутая долина с камнями. Старинные легенды гласят: «У Финна МакКумала было 12 замков в Изогнутой долине с камнями». На северных холмах, что защищали ее со стороны Раннох, спали воины Финна, и в детстве Роберт Кемпбелл вместе с другими детьми ходил искать длинные зеленые насыпи, что служили им постелями. Их высокие склоны возвышались над темными верхушками и багровыми стволами насаждений пихты, над желтыми кустиками морошки и над пастью торфяного болота, которое становилось черным, как смоль, после дождя. Местные монахи даже и не пытались разуверить народ в том, что sitheachan, очаровательные и лукавые Фэйри, что живут на реке Лайон, похищают детей из колыбели, если их сперва не умилостивить языческими церемониями.

DSC_4456_resize.JPG

Ему было 50 лет, когда его долги, пьянство, азартные игры и нищета, в которую он вверг свою семью, стали, наконец делом чести для клана Кемпбелл. Ему велели передать управление домом его вождю, 9-му графу Аргайл. Он пообещал не продавать больше земель или арендных платежей, чтобы не создавать новых долговых обязательств. 5 лет спустя он нарушил это обещание.
Джон Кемпбелл устал от своего родича Робина и отказался одалживать ему деньги снова. Гленлайона переполняла ярость, и он поклялся, что раз он не может получить помощи от собственных родичей, он продаст все, чем владеет в долине, так что с этого времени ни одна былинка там не будет принадлежать Кемпбеллам. Брэдалбейн пригрозил ему данным обязательством, но тот проигнорировал это. Его народ предложил ему половину их скота, чтобы уплатить долги, но он отказался. За несколько дней до продажи во время охоты на оленей пуля едва миновала его, пройдя между ног. «Задень она твои чресла, - сказал его слуга, - тогда долина Глен Лайон не была бы продана».
Долина Глен Лайон была продана Мюрреям из Атолл.

DSC_4457_resize.JPG

Зимой 1690 года его семья была на грани голодной смерти, и чтобы купить для них провизии, он одолжил немного денег у одного из Мюрреев на условиях краткосрочного кредита. Когда он не смог уплатить этот долг, Мюррей готов был объявить его вне закона, и на него охотились бы в холмах, если бы его зять благородно не уплатил этот долг вместо него. Теперь он горько сожалел о продаже долины Глен Лайон лорду Мюррею, Брэдалбейн годами оспаривал эту сделку. Теперь Роберт Кемпбелл стал капитаном в пехотном полку за 8 шиллингов в день.

DSC_4467_resize.JPG

В конце января 1692 года первая и вторая роты пехотного полка горцев Аргайла (120 человек) под командованием капитана Роберта Кэмпбелла пришли в Гленко и были приняты с горским гостеприимством.
12 февраля 1692 года в Гленко появился капитан Драммонд. Он привез Кэмпбеллу инструкции от его непосредственного начальника.
«Ради службы их величествам
Капитану Роберту Кемпбеллу из Гленлайон
Сэр,
Сим приказываю вам внезапно напасть на мятежников, МакДональдов из Гленко, и предать мечу всех, кто младше 70 лет. Вам надо особо позаботиться о том, чтобы старый лис и его сыновья не избегли смерти от ваших рук. Вам надо взять под охрану все горные проходы, чтобы ни один человек не сбежал. Этот приказ вам надо привести в исполнение в 5 утра ровно; и к тому времени, либо вскоре после того, я попытаюсь подойти к вам с сильным подкреплением. Если я не явлюсь к 5 утра, нападайте, не дожидаясь меня. На то есть особое распоряжение короля, ради блага и безопасности страны этих негодяев надлежит истребить под корень. Проследите за тем, чтобы это было исполнено невзирая на лица; если вы не совершите сего, оставаясь преданным королю и правительству, вас сочтут человеком, не пригодным к выполнению поручений на королевской службе. Надеюсь, вы не подведете в выполнении сего, если себя любите. Подписано мной собственноручно в Баллахулиш, 12 февраля 1692».
Роберт Данкансон.
Вечер капитан провел, играя в карты с местными мужчинами, затем пожелал им доброй ночи и принял приглашение на завтрашний ужин от МакДональда.

DSC_4468_resize.JPG

Роберт Кемпбелл знал, чего требовала его честь. Он был горцем, и ему были известны священные, связующие узы гостеприимства. Он делил хлеб с МакДональдами на протяжении 2 недель, как их гость в силу оказанного ему доверия. Теперь, используя преимущества этого доверия, ему было приказано убить их. Ничто в его прошлом не предвещало, что под конец он станет убийцей, кроме разве что потакания своим слабостям, едва сдерживаемого отчаяния, которое вынудило его согрешить ради самосохранения. В тот момент перед ним стояла та же моральная проблема, что и перед Хиллом, и он разрешил ее намного быстрее. Он свернул приказ Данкансона и убрал в свой мундир, потушил пальцами свечу и вышел из особняка Инверриган, чтобы найти караульного офицера.
Стало еще холоднее, ветер усилился, а снег стал гуще. Предстояло разослать приказы всем командирам, рассредоточенных в долине подразделений, на милю к западу в Карнох и Инверкоу, и на 5 миль к востоку в Ахтриахтан. Приказы нельзя было отдавать внутри домов, либо вблизи их прослушиваемых стен. Их отдавали в темноте на ветру, приблизив шепчущие губы лейтенанта к уху сержанта, и темнота милосердно скрывала ужас, либо равнодушие, с коими была принята эта новость.

DSC_4470_resize.JPG

Рядовым солдатам ничего не сказали до того часа, когда в них возникла нужда. Впоследствии Джеймс Кемпбелл, служивший в роте Гленлайна, дал показания под присягой: «Я ничего не знал о замысле убить народ Гленко до того самого утра, когда резня свершилась; к тому времени роты были построены и получили приказы от Гленлайона и других наших офицеров – стрелять и убивать всех местных, которые нам попадутся». В историях, которые поколение за поколением пересказывал народ Гленко, говорится, что солдаты узнали обо всем намного раньше, даже за 24 часа до этих событий, что абсурдно. Сказывали, что в пятницу после полудня, когда солдаты Аргайла и МакДональды играли в шинти, Кемпбелл и ребенок вместе наблюдали за игрой, облокотившись спиной о валун, известный, как Камень МакГенри. Солдат тяжело посмотрел на ребенка, привлекая его внимание, а затем стукнул рукой по камню. «Великий камень долины! – сказал он. – Велико твое право стоять здесь. Но, кабы знал ты, что случится этой ночью, то восстал бы и укатился восвояси».
В доме в Ахтриахтан солдат сидел у огня вместе с семьей, которая обращалась с ним очень хорошо, словно с сыном. Он был из долины Глен Лайон, как и его капитан, и в тот вечер он был молчалив, как бы его не пытались разговорить. Потом он посмотрел на пса, свернувшегося у огня. «Серый пес, - сказал он и посмотрел на хозяев дома. – Будь я на твоем месте, серый пес, этой ночью моей постелью стал бы вереск». Когда он уснул, или притворился спящим, МакДональды тихо выскользнули из дома и бежали в холмы.
В Бреклет трое солдат квартировали у семьи Робертсонов. В ту пятницу за ужином один из Кемпбеллов дернул за край плед хозяина дома. «Это хороший плед, - сказал он. – Будь этот хороший плед моим, я бы надел его и вышел в ночь, чтобы позаботиться о скоте». Он посмотрел вверх и дерзко уставился на Робертсонов. «Будь этот добрый плед моим, я накинул бы его себе на плечи и вместе со своей семьей перегнал бы скот в безопасное место». И именно это Робертсоны сделали, пока солдаты спали.
Волынщик Гленлайона, Хью Маккензи, отправился в тот вечер к Камню МакГенри и взобрался на него. Он сыграл горестный пиброх Женщины Долины, зная, что всякий услышавший его МакДональд, сочтет это предостережением.

DSC06433_resize.JPG

Аласдар Ог, младший сын МакИэна, не мог ни заснуть в ту ночь, ни усидеть дома из-за тревожных мыслей. Он спрятался у домика, который солдаты использовали, как главную караулку, и ему не понравилось то, что он увидел. Он отправился к дому своего брата Джона и поведал ему, что слишком много солдат разгуливает вне домов в ту ночь, намного больше, чем в предыдущие 12 дней. Джон МакДональд не был встревожен. Он сказал, что ночь суровая и штормовая. Гленлайон выказал здравомыслие и приличествующую случаю заботу об удобстве солдат, удвоив караул, чтобы солдаты почаще сменялись. Но Аласдар настаивал на том, что им следует рассказать отцу о случившемся, и наконец, Джон с ним согласился. МакИэн, несомненно, раздраженный тем, что его подняли с постели, заявил Аласдару, что его подозрения глупы и несправедливы, но если братьев это удовлетворит, то он позволяет им поглубже вникнуть в происходящее. И на этом он ушел досыпать.

DSC06435_resize.JPG

Хорошо зная, все потайные места, они пошли и спрятались рядом с постом часового, где вместо одного они обнаружили 8-10 человек. Это вызвало у них еще большее любопытство, они подкрались максимально близко, что смогли услышать, как один солдат сказал сослуживцам, что «ему не нравится эта работа, и если б он знал об этом наперед, то очень не хотел бы явиться сюда, но еще четверть часа назад об этом не знал никто, кроме командиров». Солдат добавил, что «он хотел бы сражаться против мужей Гленко, но было бы подло убить их». На все это ответили: «Вся вина лежит на тех, кто отдал приказы, мы тут не причем, будучи обязаны подчиняться нашим офицерам».
Резня началась, прежде чем братья смогли предупредить отца.
Когда настал назначенный час, в долине возникло движение: красномундирники построились в линию вне домов, в ответ на сонные голоса их хозяев снова послышались те же мягкие заверения в том, что ничего плохого не происходит. Большой костер был разожжен на Сигнальной Скале с тем, чтобы солдаты могли узнать, когда начинать убийства. Это было сделано по приказу Гленлайона, но мало кто разглядел бы его. К 5 утра метель превратилась в снежную бурю, вихрь белой мглы.

DSC06437_resize.JPG

В субботу далеко за полдень солдаты ушли. Дома еще догорали, а утоптанный снег вокруг них был алым от крови. В Ахнакон и Инверриган, Карнохе и Бреклет солдаты Аргайла зарезали бычка или овцу себе на завтрак, и то, что осталось от туш, лежало рядом с телами убитых ими людей. Повсюду витал запах смерти и сладкий гостеприимный аромат горящего торфа. Неслышно было ни голосов, ни мычания скота. Солдаты захватили с собой 900 коров, 200 лошадей и множество овец и коз. Кроме того, они забрали, что смогли унести из домов: пледы и башмаки, кастрюли и чайники, броши, пряжки, пояса и женские гребни. Они забрали блюда и кубки, вертела и круглые противни, которые подвешивают над огнем, муку и виски, сельдь и лосося, развешанных на стропилах под потолком, кожи, овечью шерсть и одеяла с постелей.
МакИэн был убит в своей кровати лейтенантом Линдсеем и прапорщиком Линди, однако его сыновьям и жене удалось спастись. Всего было убито 38 мужчин. Еще 40 женщин и детей умерли от лишений после окончания резни. Все дома поселения были сожжены.
Кроме солдат, живших в Гленко, еще 400 человек должны были перекрыть выходы из долины. Однако они слишком поздно заняли свои позиции. Сами они оправдывали опоздание сильным снегопадом, однако возможно, что они просто не хотели участвовать в планирующейся резне.

DSC06446_resize.JPG

DSC06450_resize.JPG

DSC06458_resize.JPG

По шотландским законам "убийство под доверием" является гораздо худшим преступлением, нежели просто убийство. Реакция общества на известие о резне в Гленко была резко отрицательной. Так сэр Джон Лаудер лорд Фонтенхолл отказался от должности прокурора по делам Шотландии, потому что ему запретили привлекать к ответственности виновников резни. Сэр Джордж Маккензи, Королевский Адвокат при Карле II, также резко осудил произошедшее, за что впал в немилость. Собранная в Лондоне комиссия попыталась снять всю вину с короля и переложить ее на секретаря.

DSC_4507_resize.JPG

DSC_4518_resize.JPG

Шотландский парламент постановил, что Кемпбеллы совершили убийство и отправил обращение к королю, в котором содержались рекомендации по наказанию виновных и выплате компенсаций выжившим. Эти рекомендации никогда не были претворены в жизнь, однако Джон Кемпбелл провел несколько дней в заключении в Эдинбургском замке. Его обвиняли в тайных сношениях с якобитами.
Между Макдональдами и Кемпбеллами до сих пор сохраняются натянутые отношения.
В конце XX века на дверях одной из самых популярных гостиниц Гленко появилась табличка: "Лоточникам и Кемпбеллам вход воспрещен".
Каждый год 13 февраля на месте трагедии проводится траурная церемония. Там установлен крест, на постаменте которого написано:

78323866.jpg

800px-Glencoe_Massacre_Memorial_resize.JPG

В марте 1702 года умер Вильгельм, его слабые легкие не позволили ему выжить после инцидента на охоте, а якобиты восславили крота, о чью норку споткнулась королевская лошадь.
Королевой стала 2-я дочь Якова II, принцесса Анна, страдающая водянкой, сентиментальная, заядлый игрок в карты и любитель поесть, с аномальной и мучительной историей многочисленных выкидышей. В 18 лет принцесса Анна вышла замуж за Георга, принца Датского. Была беременна 18 раз, лишь 5 детей выжили при родах, из них только один сын, принц Уильям, не умер в младенчестве, но его безвременная смерть в 11 лет похоронила последние надежды на наследника.
2 августа 1696 года в Брюгге умер Роберт Кемпбелл из Гленлайон, по-прежнему бедняк и должник.
Полковник Джон Кемпбелл и его бездетные братья, Арчи и Дэвид, были последними прямыми потомками Гленлайона, палача Гленко, и с ними вымерло семейство Кемпбеллов из Гленлайон.

DSC_4519_resize.JPG

DSC_4526_resize.JPG



Использованы материалы книги Джона Преббла «Гленко» в переводе Анны Соколовой.





Tags: ЖЗЛ
Subscribe

  • Рай для Робинзонов

    Говорят, что где-то есть острова, где растёт на берегу трын-трава. И от хворости, и от подлости и от горести, и от гордости. Вот какие есть на свете…

  • Наполеон Востока. Часть 2

    Истинный царь над страною не араб и не белый, а тот, Кто с сохою или с бороною чёрных буйволов в поле ведёт. Хоть ютится он в доме из ила, умирает,…

  • Наполеон Востока. Часть 1

    На прохладных открытых террасах чешут женщины золото кос, Угощают подруг темноглазых имбирём и вареньем из роз. Шейхи молятся, строги и хмуры, и…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments