Мои путешествия (krisandr) wrote,
Мои путешествия
krisandr

Categories:

Ширинки и гирьки в ризолитах

Когда я с изумлением смотрю
На эти древнерусские соборы,
Я вижу с них, подобно звонарю,
Родных лесов и пажитей просторы.
Не чад кадил, не слепоту сердец,
Взалкавших недоступного им рая,
А творчества слепительный венец,
Вознесшегося, время попирая.
                                Всеволод Рождественский.




«Там ступа с Бабою-Ягой идет, бредет сама собой; там царь Кащей над златом чахнет; там русский дух... там Русью пахнет!»
Оказывается, в сегодняшней Москве больше мест, где Русью пахнет, чем 200 лет назад во времена Пушкина. Как так получилось? В XIX веке уже после Александра Сергеевича в моду вошел русский стиль. И архитекторы, повинуясь желаниям заказчиков, стали возводить здания, стилизованные под старину. Сегодня я хочу посмотреть эти дома, повторяющие формы древнерусской архитектуры.
В XVIII веке больше жили сегодняшним днем, а в XIX – увлеклись историей. Писатели стали писать исторические романы, поэты – исторические баллады, как Алексей Толстой:
«Под броней с простым набором,
Хлеба кус жуя,
В жаркий полдень едет бором
Дедушка Илья;
Едет бором, только слышно,
Как бряцает бронь,
Топчет папоротник пышный
Богатырский конь…»
Ну а архитекторы начали возводить здания в русском стиле и за образец взяли самый яркий стиль прошлого – «узорочье» XVII века. На Берсеневской набережной стоит владение потомственных царских садовников Кирилловых.









Кстати, «берсень» по-старинному «крыжовник». Здесь за рекой напротив Кремля были сады, и жил главный садовник. Палаты построены в середине XVII века – это одно из древнейших гражданских строений Москвы, и они необыкновенно красивы.







Здесь и разнообразные наличники, и пузатые колонны, и карнизы. Считается, что изразцы на этом доме одни из первых в Москве. Аверкий Кириллов мог позволить себе такие палаты, ведь он уже был не просто садовником, а занимался торговлей, варкой соли, был гостем - богатым купцом. А затем получил чин думного дьяка и работал в различных приказах. Аверкий Кириллов был убит во время бунта 1682 года, в обвинении написали: «великие взятки имал и налогу всякую и неправду чинил». Документальных свидетельств вины Кириллова нет. Аверкий Кириллов был похоронен в Троицком храме рядом с домом.



Здание построено в 1657 году и, глядя на него, понимаешь, почему стиль назвали «русское узорочье». Храм похож на расшитую русскую рубаху, особенно красивы наличники над окнами и пирамида пламенеющих кокошников.





Так как храм стоял вплотную к дому и одно время соединен был с ним переходом, то считается, что он домовый. Но историки напоминают – здесь было кладбище – значит церковь приходская, ведь в XVII веке Москва выросла, и в Берсенях были уже не одни сады и огороды, здесь стояли дворы чиновников, купцов, военных.



Вот еще одна церковь XVII века – Храм Рождества Пресвятой Богородицы в Путинках.





Название «в Путинках» напоминает, что рядом стоял Путевой посольский двор, в котором останавливались дипломаты, прибывшие в Москву через Новгород по Тверской дороге. В старину отдельных посольств не было, и дипломаты жили или у соотечественников купцов, или в Путевом посольском дворце.
Церковь Рождества построена в 1652 году, а буквально через год патриарх Никон запретил ставить шатровые храмы. Шатры разрешили только на колокольнях и крылечках. Церковь Рождества Богородицы в Путинках одна из последних шатровых в России. Центральную часть венчают поставленные в ряд три тонкие пирамиды на граненых барабанах. Также сложной формы шатры заканчивают придел, колокольню ну, и крылечко, конечно.













В советское время здесь была репетиционная база цирка, а затем актер соседнего театра «Ленком» изменил судьбу храма. Александр Абдулов снял фильм «Задворки» и добился того, чтобы помещение вернули верующим. Отпевали актера также в церкви Рождества Богородицы, а затем гроб друзья на руках отнесли в театр, чтобы с Абдуловым могла проститься вся Москва.



Это были образцы – архитектурные шедевры XVII века. Именно в «русском узорочье» черпали детали зодчие XIX века, когда создавали огромные здания в русском стиле. Ведь наличники и кокошники пришли из церковной архитектуры.
Это здание строили для московской городской думы.







Перед его строительством был объявлен конкурс и в его задании написали, что фасады надо оформить в традициях XVI – XVIII веков, а само здание должно быть достойно первой столицы Российской империи. Из 38 проектов победила работа архитектора Чичагова под девизом «Уступаю старшему». Из старших здесь Кремль, Китайгородская стена с Воскресенскими воротами и Исторический музей, построенный чуть раньше тоже в русском стиле. Благодаря богатому национальному декору здание городской Думы органично вписалось в исторический ансамбль.









Здание было построено в 1892 году при городком голове Николае Алексееве. В конце XIX века в Москве было двоевластие. Верховной но, скорее, номинальной властью обладал генерал-губернатор и долгие годы эту должность исполнял дядя царя – великий князь Сергей Александрович. И был также городской голова – мэр по-нашему, который занимался жизнью города. При Николае Алексееве, а его избрали на эту должность в 33 года, Москва получила современный водопровод, канализацию, было построено множество общественных зданий, в том числе и здание московской городской Думы. Также Алексеев был инициатором строительства в Москве психиатрической больницы. По преданию один из благотворителей, также купец, сказал: «Поклонишься при всех мне в ноги, дам миллион». И молодой вспыльчивый Алексеев поклонился, деньги получил. По иронии судьбы городской голова был убит в этом здании на рабочем месте душевнобольным.



Еще один Алексеев–скульптор изваял в 1918 году рабочего и колхозника в медальоне кокошника главного входа.





До революции медальон нес святого Георгия – была такая негласная традиция: украшать общественные здания (больницы, школы) московским гербом. Но советская власть со святыми боролась и драконоборца заменили правильной скульптурой.
Однажды в XIX веке решили на самом уважаемом ордене Российской Империи заменить Святого Георгия двуглавым орлом. Если орден дается иноверцу: офицеру с Кавказа или Средней Азии, но возмутились сами награждаемые: «Не хотим с птицей, с джигитом давай».
На Китай-городе стена к стене стоят два монастыря Никольский и Заиконоспасский.



Корпуса, выходящие на Никольскую улицу, оформлены в русском стиле. Доходный дом Никольского монастыря поставил в начале XX века архитектор Кайзер. Дом доходный, монахи сдавали помещения по торговой улице, для себя оставив кельи внутри двора. Но так как это монастырь, то посередине здания устроили часовню Святого Николая – он отмечен витыми колоннами.



Ну а когда при советской власти монастырь разорили, то церковное помещение разделили на 2 этажа – это очень хорошо видно в высоких окнах часовни.



Соседний Заиконоспасский монастырь уже названием показывает, что когда-то он располагался за торговыми и конными лавками. В конце XIX века архитекторы Преображенский и Иванов поставили по Никольской улице новые корпуса, также предназначенные под сдачу. Здесь огромные окна-витрины на всех этажах. Особенно хороши окна с висячими гирьками на втором этаже. Гирьки – это визитная карточка русского стиля.









В XVII веке в Заиконоспасском монастыре открыли первую в России академию славяно-греко-латинскую. В ней учились первые ученые: Ломоносов, Магницкий и первые поэты, такие как Кантемир. Кстати, у Кантемира был очень красивый русский язык:
«…Главно воспитания в том состоит дело,
Чтоб сердце, страсти изгнав, младенчее зрело
В добрых нравах утвердить, чтоб чрез то полезен
Сын твой был отечеству, меж людьми любезен
И всегда желателен, - к тому все науки
Концу и искусства все должны подать руки...»
Русский стиль охватывал все области изобразительного искусства. После окончания русско-турецкой войны 1877-1878 годов было решено: на месте кровопролитной битвы под Плевной поставить часовню-памятник погибшим гренадерам. Но так как деньги собирали медленно, отдавали их в основном москвичи, то концепция поменялась, и монумент решили возвести в Москве.





Детали памятника делали на заводах Бромлея, Поля, Смольянинова, Постникова, Опеля. Насколько же многонациональным был московский бизнес. Открыли памятник к 10-и летию битвы в 1887 году.







Часовня похожа на колокол или шатровый храм XVII века. Все детали, кроме витражных стекол выполнены из чугуна. Автор монумента Владимир Шервуд – академик живописи, знаменитый портретист, ездивший в Англию писать портреты знаменитой семьи Диккенса. Кроме архитектора был еще и скульптор. Часовня украшена 4 горельефами. На первом – крестьянин благословляет сына-солдата.



Далее янычар отнимает у матери ребенка.



Затем русский солдат берет в плен турецкого воина.



И в конце раненый гренадер из последних сил срывает с Болгарии цепи рабства.



Когда художник Виктор Васнецов решил построить в Мещанской слободе собственный дом, он также выбрал русский стиль. Нарисовал фасады, рисунок ворот, деревянную пристройку, а затем профессиональный архитектор выполнил проект. Дом получился недорогой (художники обычно небогаты), но очень интересный.











И после своего дома наступил черед общественным зданиям. Васнецов нарисовал фасады художественных галерей для купцов собирателей – Цветкова и Третьякова. Там он уже смог развернуться, использовать фигурный кирпич и майоликовые панно. А на собственном доме из украшений - резьба по дереву и изразцы.
На картинах Васнецова всегда много старины: кокошники, кафтаны, терема, крепости. Главное помещение в доме художника – мастерская, он поднимался туда по узкой винтовой лестнице.









Гости пользовались лестницей белокаменной, расположенной в надстройке теремке.



Здесь мастер работал 32 года. Сегодня картины Васнецова хранятся в разных музеях, а создавались они для частных домов, церквей (здесь есть эскизы росписи икон)







и даже для железной дороги. Друг Васнецова, создатель донецкой железной дороги Савва Мамонтов заказал ряд работ для станций и зала правления. Например, картина «Ковер-самолет» должна была рассказывать о новом, удобном, быстром средстве передвижения - «чугунки», как тогда говорили.



А «Битва русских с половцами» повествовать о прошлом донецкого края.



«Воткнув копье, он сбросил шлем и лег. Курган был жесткий, выбитый. Кольчуга
Колола грудь, а спину полдень жег... Осенней сушью жарко дуло с юга.
И умер он. Окостенел, застыл, припав к земле тяжелой головою.
И ветер волосами шевелил, как ковылем, как мертвою травою.
И муравьи закопошились в них... Но равнодушно все вокруг молчало,
И далеко среди полей нагих копье, в курган воткнутое, торчало».
Это стихи Бунина. Виктор Васнецов был настоящим витязем русского стиля. Он иллюстрировал сказки, рисовал исторические картины, делал исторические декорации и даже рисовал мебель в русском стиле. Друг Васнецова Савва Мамонтов создал в своем имении Абрамцево столярную мастерскую, и художник нарисовал для нее несколько эскизов мебели. Он рисовал и для других мастерских, так что большая и самая красивая часть мебели сделана по рисункам хозяина.





















В центре гостиной стоит большой стол со столешницей петровского времени, инкрустированной мореным дубом. Художник приобрел ее на Сухаревском рынке в магазине редкостей и старинных вещей.



Изразцы, которые украшают печь, также из усадьбы Абрамцево.





Для Виктора Васнецова русская старина была органической частью его жизни.



Для архитектора Клейна узорочье – один из архитектурных стилей, которыми он владел в совершенстве. Крепкий профессионал может все: построить для Мюра и Мерилиза готический магазин (ЦУМ), а для профессора Цветаева – классический музей (ГМИИ им. Пушкина). На Красной площади Клейн поставил Средние торговые ряды в русском стиле.





Красная площадь – главная торговая площадь Москвы, поэтому вдоль нее у реки стояли Нижние, затем Средние и на холме – Верхние торговые ряды.







На окнах 3 этажа классические наличники, на втором в ризалитах висячие гирьки. Так как русский стиль не терпит пустоты, то все пространства заполнены углублениями – ширинками. Здания в русском стиле могут быть оштукатуренные, кирпичные, каменные, но всегда напоминают работу с деревом – резную деревянную мебель, как в доме Васнецова. Все пространства заполнены геометрической резьбой и орнаментами.
«Отзвонили вечерню во святых церквах; за Кремлем горит заря туманная;
Набегают тучки на небо, - гонит их метелица распеваючи;
Опустел широкий гостиный двор. Запирает Степан Парамонович
Свою лавочку дверью дубовою да замком немецким со пружиною;
Злого пса-ворчуна зубастого на железную цепь привязывает…» - так Лермонтов описывал лавку купца Калашникова. Она находилась недалеко, за Ветошным переулком. Купцы прошлого подивились бы размаху нынешних торговых помещений, а вот все декоративные элементы: гирьки, кокошники, решетки были им знакомы – здесь русский дух, здесь Русью пахнет.
Если в старом городе, но не в самом центре вы встретите трехэтажное здание, скромно украшенное древними деталями, то, скорее всего, это школа или приют. На рубеже XIX-XX веков училища и богадельни оформляли в русском стиле. На проспекте Мира стоит бывший приют «Общества призрения, воспитания и обучения слепых детей» с церковью Марии Магдалины. Комплекс построил в 1912 году архитектор Гельрих.







Здесь жили слепые дети. Кроме обязательных дисциплин изучали церковное и светское пение, а игру на музыкальных инструментах преподавали артисты императорских театров. Из старших воспитанников был сформирован хор и оркестр струнных и духовых инструментов. Летом он играл «на кругу» в Сокольниках и на московских бульварах. Здесь учился удивительный слепой путешественник, поэт, музыкант, педагог Василий Ерошенко:
«Скитаясь по свету, напрасно я верил, что встретятся братья, душе дорогие...
Встречались чудовища, дикие звери, лихие мартышки – насмешницы злые».



Здания в русском стиле продолжают возводить, они привычны и патриотичны, может быть, не так часто, как 100 лет назад. На проспекте Мира напротив приюта для слепых детей поставили подворье Дивеевского монастыря с церковью Собора Дивеевских Святых.



Автор - архитектор Шипков. Комплекс новый, леса сняли недавно. В этом здании использованы декоративные элементы XVII века и гибкие линии модерна. Эффектно смотрится колокольня в одном из полых кокошников.



А в соседнем кокошнике мозаичная икона Серафима Саровского.





Закончить прогулку хочется у Исторического музея.



Его построил автор памятнику гренадерам Владимир Шервуд. Понятно, что художник Шервуд занимался историческими фасадами, сочинял башенки, сажал на шпили животных, а технической стороной здания занимался инженер Семенов.





Как хорошо, что изучать седую старину мы можем не только в залах Исторического музея, но и гуляя по улицам Москвы среди зданий в русском стиле.
"Бог скупо раздаёт таланты, а гении наперечёт!
Но всё же воздают почёт художникам и музыкантам.
И пусть не каждый преуспел…Творцов всегда любили люди.
Пусть от себя в восторге будет поэт, что бабочку воспел!"
                                                                      Анатолий Иванович Третьяков.


Использованы материалы с сайта https://tvkultura.ru/ Автор Михаил Жебрак.
Фото из интернета.

Tags: Москва
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments