Мои путешествия (krisandr) wrote,
Мои путешествия
krisandr

Category:

Последний викинг

Я - Руаль Амундсен. Я влюблён в лёд.
Царство синего льда простирается от
полюса к полюсу. Жизнь во льдах
на любом языке начинается с «ах!»
Ах! когда на термометре - минус сорок.
Ваша мысль избавляется от сора.
На вопрос: «Что есть голос, зовущий в Рай?»,
отвечаю: «Собачий простуженный лай».
                                              Иосиф Бродский




Самый знаменитый полярный исследователь всех времён и народов норвежец Руаль Амундсен родился 16 июня 1872 года. Хотя жизнь многих поколений его предков была связана с морем – он происходил из семьи капитанов и судовладельцев – мать мечтала, что её младший сын станет врачом. И по её просьбе он поступил на медицинский факультет университета Кристиании, так в то время называли Осло.



Но юноша не мог забыть книг об арктических экспедициях Франклина, которые он прочитал в 15-летнем возрасте. Позднее в книге «Моя жизнь» Амундсен писал: «Удивительно, что из всего рассказа приковало моё внимание именно описание лишений, испытанных Франклином и его спутниками. Во мне загорелось странное стремление претерпеть когда-нибудь такие же страдания. Быть может, это заговорил идеализм молодости, часто увлекающий на путь мученичества, а он-то и заставлял меня видеть в самом себе крестоносца в области полярных исследований. Я тоже хотел пострадать за своё дело не в знойной пустыне на пути к Иерусалиму, а на ледяном Севере на пути к широкому познанию доселе неведомой Великой пустыни».





В 1889 году в Норвегию вернулся знаменитый путешественник Фритьоф Нансен, впервые пересекший ледяной покров Гренландии на лыжах. Среди встречавших героя был и молодой Амундсен, получивший дополнительный стимул изменить свою жизнь.



«С огромным облегчением покинул я вскоре университет, чтобы всецело предаться осуществлению мечты», - вспоминал он впоследствии. Всей своей жизнью он показал, насколько важны для успеха рискованных предприятий холодная голова и трезвый расчёт. Победа ожидает того, у кого всё в порядке, и это называют удачей. Поражение постигает того, кто не принял вовремя необходимые меры, и это называют провалом. Суровый и немногословный «последний викинг», как часто называли Амундсена, никогда не давал себе поблажки. Даже в морозные скандинавские зимы он всегда спал с открытым окном. Амундсен постоянно тренировался и находился в такой прекрасной спортивной форме, что произвёл настоящую сенсацию во время медосмотра на призывном пункте. В те времена Шварценеггер ещё не родился, а о культуризме никто и не слыхивал. Знали бы сбежавшиеся из всех кабинетов врачи, восхищавшиеся мощными мускулами высоченного юноши, что его внешняя невозмутимость скрывает страшную панику. Амундсен смертельно боялся, что его забракуют из-за близорукости. Но всё обошлось – в ажиотаже зрение просто забыли проверить.



Отслужив в армии, Амундсен начал готовиться к реализации своей мечты. Прочитав что можно о полярных экспедициях, Амундсен понял, что среди главных причин их неудач были неумение полярников водить корабли и нежелание моряков заниматься полярными исследованиями. Чтобы добиться успеха, нужно было совместить полярника и моряка в одном лице. В 1894 году он поступил матросом на парусную зверобойную шхуну «Morgenen», на которой совершил своё первое плавание в Арктических водах. Прослужив матросом три года, он сдал экзамен на звание штурмана. А ещё через три года Руаль Амундсен стал первым помощником капитана судна «Бельжика», которое под руководством бельгийского полярного путешественника Адриена де Жерлаша, отправилась изучать берега Антарктиды. Кстати, врачом в этой экспедиции был тот самый Фредерик Кук, который впоследствии прославился лжепокорением Северного полюса.



Экспедиция была плохо подготовлена, а руководитель неопытен – в результате корабль попал в ледяной плен и едва не погиб. Зимовка, на скованном дрейфующими льдами корабле, оказалась исключительно тяжёлой. Почти все участники похода заболели цингой. Руководство экспедицией фактически перешло в руки молодого норвежца. Он быстро овладел ситуацией и вместе с командой занялся ловлей тюленей и пингвинов, изготовляя из их кожи тёплую одежду. Под командованием Амундсена «Бельжика» находилась до самого конца, пока ни удалось покинуть не слишком гостеприимный материк.





Возвратившись на родину, Амундсен сдаёт экзамен на звание капитана. Кстати говоря, позднее он научился водить ещё и самолёт, первым в Норвегии получив звание гражданского лётчика. Теперь, уже обладая необходимиыми знаниями и полярным опытом, он считает возможным приступить к подготовке первой собственной арктической экспедиции. Амундсен берётся за задачу, разрешить которую человечество тщетно пыталось уже 400 лет – пройти Северо-Западным проходом, то есть попасть из Атлантического океана в Тихий через арктические моря. Чтобы получить финансовую поддержку, в планы экспедиции включают и научные задачи: посетить Северный магнитный полюс и произвести в его районе геомагнитные наблюдения. Подготовку к этой экспедиции Амундсен вёл с присущей всем его предприятиям основательностью и продуманностью. Чтобы овладеть методами геомагнитных наблюдений, он едет учиться в Германию к лучшему специалисту того времени профессору фон Ноймайеру. Амундсен приобретает небольшой и недорогой подержанный парусный моторный корабль «Йоа».



Всю жизнь, даже когда он стал всемирно-известным, он отчаянно нуждался в деньгах, с трудом наскребая их на оснащение своих экспедиций. Убедившись, что большому кораблю пройти узким мелким форватером среди многочисленных островов, разбросанных вдоль северных берегов Америки, невозможно, Амундсен сознательно выбрал крошечное судёнышко. Путь, по которому проходил корабль, был настолько мелководен, что однажды расстояние между килем и дном составило не более дюйма – 2,54 сантиметра. Не доверяя никому, Амундсен всегда очень тщательно готовил свои экспедиции. Он лично проверял качество собачьего корма, одежды, спальных мешков и тому подобное. Всё было строго рассчитано до самых мелочей. Так, ящики с продовольствием укладывались в трюм, как детские кубики в коробку, чтобы они занимали меньше места. Скреплённые медными гвоздями, они были лишены магнитных свойств и впоследствии пригодились для постройки обсерватории. Цистерны для керосина были подогнаны по форме судна. Маленькая «Йоа» вместила запасы продовольствия на целых пять лет.





Чтобы проверить свой корабль, Амундсен в 1901 году предпринял на нём плавание в Гренландское и Баренцево моря, попутно занимаясь рыболовным промыслом, чтобы окупить расходы экспедиции, но не была забыта и наука. По полученной от Фритьофа Нансена инструкции он производил океанографические исследования и привёз с собой научный материал высокой ценности, впоследствии обработанный лично Нансеном. Сам Амундсен не был учёным и никогда не обрабатывал, добытых им во время экспедиции, научных материалов. Но зато он был прекрасным полевым работником, собирал безукоризненные наблюдения и предоставлял их обработку другим. Он хорошо сознавал, что специалист сделает это лучше и сумеет извлечь из его данных более ценные выводы. Только к началу лета 1903 года подготовка к экспедиции была завершена. Однако, когда всё уже было готово, экспедиция едва было не сорвалась. Амундсен не в состоянии был расплатиться с многочисленными кредиторами, угрожавшими наложить арест на судно. Впоследствии он написал в своей книге: «Я терял голову от горя и забот и решился на отчаянный поступок. Ночью в проливной дождь семеро участников экспедиции, как заговорщики, поднялись на борт и уплыли прочь».



Плавание Северо-Западным проходом продолжалось три года и было очень трудным. В течение первых трёх лет Амундсен проводил научные исследования на севере Канадского Арктического архипелага. Их результаты обеспечили учёных работой на 20 лет вперёд.









Одновременно Амундсен учился у эскимосов умению жить в полярных условиях, в частности – управлять собачьими упряжками, что совсем не просто. Местных полудиких лаек приходилось укрощать как тигров. Но зато как это умение пригодилось потом при покорении Южного полюса. Он тщательно изучал одежду, пищу, быт эскимосов и впоследствии описал их в своих книгах. Его выносливость и терпение были поразительны! Во время третьей зимовки на Канадском Арктическом архипелаге Амундсен, чтобы отправить телеграммы, прошёл на лыжах полярной ночью расстояние в 700 километров! И при этом пересёк горную цепь высотой в 2750 метров при морозах, достигавших минус 50° по Цельсию!











Во время другой зимовки, поскользнувшись, он упал со сходней корабля и сломал правое плечо. Несмотря на мучительную боль, Амундсен занимался гимнастикой, пока не восстановил полностью способность двигать рукой. Позднее врачи удивлялись, как он мог этого добиться? Ведь после такой травмы обычно люди не могут владеть плечом. Трудно сосчитать, сколько раз его жизнь висела на волоске. Сам исследователь чаще всего вспоминал случай, когда он не смог убежать от белого медведя и при этом, практически не владея рукой, был лишён возможности защищаться. Амундсен писал: «Этот случай с тех пор часто занимал меня в отношениях душевных движений в моменты высшей опасности. Я всегда слыхал, что человек перед лицом смерти в последние короткие мгновения с бешеной быстротой переживает в памяти всю свою минувшую жизнь. Однако, когда я лежал под медведицей, ожидая смерти, мысли мои не были заняты ничем значительным. Наоборот, из всего пережитого передо мною вдруг возникла одна сцена из лондонской уличной жизни и в связи с нею мысль, которую в такую минуту безусловно можно было назвать «пустой». А именно – я поставил себе вопрос, сколько головных шпилек сметаются с тротуара Риджент-стрит в Лондоне по утрам в понедельник? Почему такая дурацкая мысль явилась мне в один из самых серьёзных моментов моей жизни? Этот вопрос я предоставляю психологам. Но я с тех пор часто задумывался над тем, как странно может реагировать человеческий мозг в момент величайшей опасности».





Этот случай не остался без последствий. Сам Амундсен описывал свою травму и последующее лечение так: «Царапины на моей спине были пустяшные, но я боялся, что опять сломал себе плечо при падении, - к счастью этого не случилось. Тогда я сам прописал себе долгий и болезненный курс лечения. Вначале я старался поднимать руку на столько, чтобы можно было держать в ней карандаш. С этой целью я несколько раз в день усаживался на стул, опирался на него спиной и, взяв правую руку левой, изо всех сил моей левой руки поднимал вверх правую, повторяя с небольшими промежутками времени эту болезненную процедуру. К концу года я уже мог поднять правую руку до уровня моего лица. Но прошло ещё несколько месяцев мучительных упражнений, прежде чем руке моей вернулись все её способности».



Но вернёмся к путешествию, прославившего Амундсена. Когда научная программа была выполнена, «Йоа» продолжила свой путь на запад через туманы и льды. Напряжение достигло предела, Амундсен писал: «Во время этих испытаний я потерял сон и аппетит. Каждый кусок при глотании буквально застревал у меня в горле. Нервы были натянуты до крайности. Мне приходилось беспрестанно напрягать все свои силы, чтобы предупредить малейшую опасность, каждый несчастный случай – экспедиция должна была удастся». И вот, наконец, на горизонте моряки увидели парус - радости участников экспедиции не было предела. Амундсен так передавал их настроение: «Нам удалось! Какими чарующими показались нам далёкие очертания китобойного судна, маячившего на западе. Появление его означало для нас завершение долгих лет надежд и сурового труда, ибо этот парусник пришёл сюда из Сан-Франциско через Берингов пролив и вдоль северного побережья Аляски. А там, где мог пройти его широкий корпус – там пройдём и мы! Этим был положен конец всем сомнениям относительно удачного завершения нашей экспедиции. Победа была за нами!»



Когда стало ясно, что «Йоа» наконец прошла Северо-Западным проходом, Амундсен остановился на минуту перед портретом Нансена: «И в это мгновение изображение словно ожило, будто Нансен смотрел на меня и кивал головой. Я это знал, я кивнул ему в ответ, улыбаясь от счастья, и вышел на палубу». Мечта Амундсена осуществилась – он сумел добиться того, о чём несколько столетий мечтали полярники. К нему пришло всемирное признание, но он не относился к людям, почивающим на лаврах. Не успев вернуться на родину, Амундсен уже обдумывал новые проекты. Разумеется, в первую очередь ему в голову пришла мысль о Северном полюсе – таинственном месте, где ещё не ступала нога человека.



Проблемы, как до него добраться, уже не существовало – дорогу показал великий норвежский путешественник Фритьоф Нансен. Правда, его знаменитый корабль «Фрам» начал свой дрейф около Новосибирских островов, а Амундсен решил вмёрзнуть во льды к северу от Берингова пролива. Когда были уже развёрнуты приготовления к экспедиции, пришли неожиданные сообщения о достижении полюса американцами, причём Фредерик Кук заявил, что достиг полюса в апреле 1908 года, а Роберт Пири – в апреле 1909 года. Практически сразу же возникли сомнения в истинности этих достижений. Кук – старый товарищ Амундсена по его первой антарктической зимовке – очень скоро был разоблачён. А доказательства пребывания на полюсе Пири уже тогда были не особенно убедительными. Но Амундсен ни разу не позволил себе усомниться в их утверждениях. Более того, позже во время своего пребывания в США, он навестил Кука в тюрьме, где тот отбывал крупный срок по обвинению в мошенничестве с ценными бумагами, и заявил во всеуслышание, что он знает его как прекрасного человека и отличного полярника.



Итак, Северный полюс был открыт, но ещё оставался Южный. Правда, к этому полюсу уже отправилась английская экспедиция Роберта Скотта, но ведь каждый имеет право попробовать его опередить. Молчаливый и сдержанный Амундсен никогда не любил оповещать о своих намерениях заранее. Так он поступил и на этот раз, тем более, что в дело могла вмешаться политика. Норвежское правительство почти наверняка бы запретила экспедицию под давлением Великобритании, для которой было очень важно укрепить свой пошатнувшийся в XX веке престиж таким сенсационным достижением как покорение Южного полюса. Даже команда, полученного от Нансена знаменитого «Фрама», который вёз участников экспедиции к таинственному месту назначения, и будущие товарищи по гонке к полюсу узнали, куда они отправляются, будучи уже на пол-пути к Антарктиде. Тогда же, как заправский дуэлянт, Амундсен направил свой вызов сопернику. В телеграмме, которую получил Скотт было написано: «Имею честь довести до Вашего сведения, что я отправляюсь в Антарктику. Амундсен». История не сохранила свидетельств, какой была реакция самого капитана Скотта, но зато в официальном Лондоне разразился скандал. Президент Королевского географического общества сэр Клемент Маркхэм разразился серией негодующих заявлений. Он презрительно сообщил, что «Фрам» - это не корабль, а плавучий стог сена, и что Скотт уже достигнет цели к тому времени, когда появится Амундсен, если ему это вообще удастся сделать. На месте Скотта я вообще бы не давал ему высадиться на земли Антарктиды, но Скотт всегда слишком добродушен. В общем, все в Англии дружно осудили Амундсена за коварство.





Так началось это трагическое соревнование. Как и все остальные экспедиции Амундсена, эта гонка за престижем по ледяной пустыне была великолепно организована, что помогло справиться с казалось бы непреодолимыми трудностями. «Предусмотрительно и осторожность одинаково важны – предусмотрительность, чтобы вовремя заметить трудность, а осторожность, чтобы наиболее тщательно приготовиться к их встрече», - писал Амундсен в одной из своих книг. Но тщательнее всего он приготовился к покорению Южного полюса. В январе 1911 года «Фрам» бросил якорь в Китовой бухте – так называется залив в шельфовом леднике Росса.





Норвежцы создали там солидную базу: возвели вместительный дом, построили складские помещения, убежища для собак. Это место заранее было выбрано Амундсеном, потому что оно находилось на 60 миль ближе к полюсу, чем Мак-Мердо, где размещалась база Скотта.



Пока шла подготовка к путешествию, несколько участников команды Скотта нанесли визит Амундсену, чтобы познакомиться с его приготовлениями. Узнав о том, что англичане собираются использовать лошадей, Амундсен предложил им часть своих собак, но они отказались от этого предложения. Норвежцы разместили по пути к полюсу - вплоть до 83°ю.ш. по маршруту, который предстояло проделать - семь складов продовольствия. Чрезвычайно практичный, Амундсен решил помечать путь вяленой рыбой, которая могла служить и пищей в случае необходимости. Через каждые восемь километров ставили снежные столбы, чтобы легче было найти обратный путь.



Продуманность и тщательность проработки всех деталей похода, а также точность выполнения намеченного плана до сих пор поражает воображение. Амундсен рассчитал, что для преодоления расстояния около трёх тысяч километров до полюса ему потребуется сто дней. Экспедиция вернулась через девяносто девять.



19 октября Руаль Амундсен с четырьмя спутниками и четырьмя санями – в каждые было запряжено по 13 собак – вышел из лагеря. Поначалу путь пролегал по сравнительно ровному шельфовому леднику Росса. Можно было иногда даже вставать на полозья и спокойно ехать за собаками. Но когда полярники пересекли 85 параллель, перед ними предстал гигантский ледник, спускающийся с гор как застывшая ледяная река. У подножия ледника путешественники устроили главный склад, оставив в нём запас продовольствия на 30 дней. С собой Амундсен захватил двухмесячный запас, рассчитывая за этот срок добраться до Южного полюса и вернуться обратно к этому складу.





Начался подъём по крутым заснеженным склонам. Через 4 дня путешественники с тонной груза поднялись на высоту 3 километра. Им пришлось задержаться на 4 дня из-за плохой погоды, но поскольку они не могли себе позволить ждать дольше, пришлось двинуться в путь в страшный буран при ураганном ветре. Они устроили ещё один склад, оставив в нём часть продовольствия, и вышли на финальную прямую к полюсу. Чем выше они поднимались, тем хуже становилась погода. Туман закрывал окрестности, лишь иногда можно было разглядеть возвышающиеся вокруг горы. Обнаруженный ими горный хребет, они назвали в честь норвежской королевы Мод.







Самой высокой вершине дали имя Фритьофа Нансена, а спускающемуся с неё леднику - имя его дочери Лив. Через 10 дней изнурительной борьбы со снегом и туманом они наконец поднялись на плато и попали в «Бальный зал дьявола» - такое прозвище получил этот ледник, припорошённый снегом, скрывающем смертельно-опасные бездонные расщелины.





8 декабря 1911 года стало знаменательным днём для всей экспедиции – была пересечена самая южная параллель: 88° 23', на которой до них побывали люди – участники экспедиции англичанина Шеклтона. Тем пришлось вернуться, когда до полюса оставалось всего 180 километров. В разных книгах можно найти разные сведения о том, какого именно числа Амундсен добрался до цели. Если вы вспомните знаменитый роман Жюля Верна «Вокруг света за 80 дней», это вас не удивит. Герои этого романа совершили путешествие вокруг Земного шара, двигаясь с запада на восток, и не учли, что при пересечении 180 меридиана, они попали во вчерашний день. Итак 14 или 15 декабря Руаль Амундсен, Олаф Бьоланд, Оскар Вистинг, Хелмер Хансен и Сверре Хассель достигли точки, где по их расчётам должен был находиться Южный полюс.





«Пожалуй, никогда никто из людей не стоял, как я, в данном случае, на месте, диаметрально противоположном цели своих желаний», - позже писал Амундсен. – Северный полюс с детства притягивал меня, и вот теперь я очутился на Южном полюсе! Можно ли представить себе что-нибудь более противоположное?» Покорители полюса установили палатку серо-коричневого цвета. Над палаткой на шесте укрепили норвежский флаг, а под ним – вымпел с надписью «Фрам». Затем, разделившись на две группы, участники экспедиции круглые сутки по очереди наблюдали высоту солнца, чтобы установить точные координаты. Точные вычисления, произведённые в полночь, показали, что норвежский флаг был водружён на широте 89°58'30", то есть на расстоянии около 2,5 километров от полюса. Тогда Амундсен и его спутники исследовали местность вокруг своего лагеря в радиусе 12,5 километров. Повторная проверка координат в полдень 16 или 17 декабря подтвердила, что они на полюсе.







Амундсен оставил там послание своему сопернику Скотту с просьбой передать письмо с кратким отчётом о походе норвежскому королю на случай, если ему не удастся благополучно вернуться. 25 января 1912 года Амундсен со своими товарищами вернулся на базу. Южный полюс Земли был покорён без единой жертвы. Амундсен очередной раз доказал, что ему нет равных в стратегии проведения полярных экспедиций. Его 52 лайки без устали тянули на себе груз и людей. Когда отдельные животные выбивались из сил, их скармливали более выносливым собакам, да и люди не брезговали обедом из своих недавних четвероногих помощников. То что Скотт не смог на такое решиться, стало одной из причин гибели его экспедиции.











Сбылась заветная мечта Амундсена – он стал первооткрывателем Южного полюса, обогнав Скотта, чтобы позже так и не простить себе этого поступка, повлиявшего на трагическую судьбу английской экспедиции. Многие люди в Англии, да и в других странах, потрясённые трагической гибелью капитана Скотта и его спутников, осудили Амундсена. На обеде, данном Королевским географическим обществом в Лондоне в честь открытия Южного полюса, президент общества лорд Керзон, отметив значение, которое Амундсен приписывал применению собак, закончил свою речь следующими словами, полными злой иронии: «…позволю себе поэтому предложить троекратное «ура» в честь собак». Позже Амундсен был исключён из членов этого общества, он очень болезненно это переживал. Член Королевского географического общества Милл – один из немногих англичан, поддерживающий отношения с Амундсеном – говорил, что он никогда не видел такого несчастного человека. Таким он оставался до своей странной гибели, последовавшей через 17 лет – гибели, слишком похожей на самоубийство. Но об этом позже.



Вернувшись из Антарктики, Амундсен начал готовиться к давно задуманной экспедиции в Северный Ледовитый океан, которую, однако, пришлось отложить из-за начала Первой мировой войны. Лишь летом 1918 года экспедиция, наконец, покинула берега Норвегии на новом специально построенном судне «Мод». Амундсен прошёл Северо-Восточным проходом или Северным морским путём вдоль берегов Сибири, а затем вморозил корабль в лёд и превратил его в дрейфующую научную станцию.



Он стал первым человеком, преодолевшим на корабле оба пути из Северной Атлантики в Тихий океан, совершив таким образом кругосветное плавание в Северном Ледовитом океане вдоль Арктических побережий Америки и Евразии. Самому титулованному полярному исследователю в мире пошёл шестой десяток лет, но у него продолжали появляться всё новые идеи. В начале 1920-х годов Амундсен начал разрабатывать проект перелёта через Центральную Арктику. Он пробрёл два гидросамолёта, способных взлетать с воды и со льда, и садиться на них. В мае 1925 года они стартовали со Шпицбергена и взяли курс на север.







Через 8 часов после старта, примерно в 1000 километрах от Шпицбергена, мотор самолёта Амундсена стал давать перебои. К счастью, в этом месте среди льдов нашлась полынья, пришлось совершить вынужденную посадку в точке с координатами 87°43' с.ш, 10°20' з.д. Глубина океана в этом месте была 3750 метров. От продолжения полёта на полюс пришлось отказаться, так как один из самолётов полностью вышел из строя. Чтобы взлететь вшестером на втором, пришлось 24 дня готовить для него взлётную полосу. Сразу после аварии Амундсен тщательно подсчитал все припасы и установил жёсткие нормы. Положение было очень серьёзным, ежедневный паёк составлял всего 25 граммов. «Однако, - писал Амундсен – мы работали как бешеные». Это был бег в запуске со смертью. Как всегда под руководством Амундсена, даже совершенно обессилевшие люди продолжали регулярно проводить астрономические, метеорологические и океанографические наблюдения. Наконец, 15 июня на 24-й день после аварии, подморозило и они решили взлететь. Для взлёта требовалось не менее 1500 метров открытой воды, но удалось выровнять полосу льда длиной лишь немногим более 500 метров. За этой полосой была полынья шириной около 5 метров, а дальше - плоская 150-метровая льдина, заканчивалась она высоким торосом. Таким образом, полоса для взлёта имела в длину всего лишь около 700 метров.



Амундсен вспоминал: «Из самолёта выбросили всё, кроме самого необходимого. Пилотское место занял Ялма Рисер-Ларсен, остальные пятеро едва уместились в кабине. Вот пущен мотор и самолёт тронулся с места. Следующие секунды были самыми захватывающими всей моей жизни. Рисер-Ларсен сразу же дал полный газ. С увеличением скорости неровности льда сказывались всё сильнее и весь гидроплан так страшно накренялся из стороны в сторону, что я не раз боялся, что он перекувырнётся и сломает крыло. Мы быстро приближались к концу стартовой дорожки, но удары и толчки показывали, что мы всё ещё не оторвались от льда. С возраставшей скоростью, но всё ещё не отделяясь от льда, мы приближались к небольшому скату, ведущему в полынью. Мы перенеслись через полынью, упали на плоскую льдину на другой стороне и вдруг поднялись в воздух. Начался обратный полёт». Летели они, как выразился Амундсен, «имея ближайшим соседом смерть». В случае вынужденной посадки на лёд, даже если бы путешественники не разбились, их ждала гибель от холода и голода. Самолёт вернулся на Шпицберген, когда экспедицию уже считали погибшей.



Амундсен решил, что самолёты пока недостаточно надёжны и переключил своё внимание на дирижабли. В те годы лучшие дирижабли строили в Италии, поэтому он приобрёл аппарат, сконструированный полковником Умберто Нобиле. Полагая, что никто не знает машину лучше её создателя, Амундсен предложил ему принять участие в трансарктическом перелёте в качестве пилота. Это была роковая ошибка. Обладатель бурного латинского темперамента, тщеславный и капризный Нобиле не мог ужиться со сплочённой командой скандинавских полярных исследователей. Кстати говоря, пятеро итальянских механиков, также входивших в состав экипажа, жили со своими северными коллегами душа в душу. Конфликты начались задолго до рекордного полёта.



Жизнь путешественников неоднократно подвергалась серьёзной опасности из-за истерик и некомпетентности Нобиле. Гигантский дирижабль, получивший имя «Норвегия», стартовал из Кингс-Бея на Шпицбергене.



Всего в полёт направилось 16 человек, в том числе 7 итальянцев, 7 норвежцев, 1 швед и 1 американец. Через 16 часов полёта, по расчётам штурманов, дирижабль достиг северной вершины планеты. Здесь были сброшены на лёд флаги Норвегии, Италии и США. Дирижабль сделал круг и взял курс к берегам Аляски. Впервые был осуществлён трансарктический перелёт. В результате полёта было установлено, что по линии его маршрута отсутствует какая-либо суша. Его участники стали героями.





Вскоре после триумфального возвращения из полёта у Амундсена начались новые неприятности. Активный фашист Нобиле разъезжал по миру с докладами, в которых утверждал, что идея трансатлантического перелёта через полюс принадлежит итальянскому фюреру - Муссолини, а фактическим руководителем перелёта был он – Нобиле.



В 1928 году Умберто Нобиле организовал свою собственную экспедицию в Арктику на дирижабле «Италия», одной из целей которой был полёт к Северному полюсу.


По пути на юг «Италия» оказалась в зоне сплошного тумана. Дирижабль начал интенсивно обледеневать, корка льда достигла сантиметровой толщины. На беду усилился встречный ветер и скорость дирижабля уменьшилась со 100 до 40 километров в час. Уже на подходе к Шпицбергену в точке 80°20' с.ш, 24°00' в.д. «Италия» неожиданно быстро начала опускаться. Когда дирижабль ударился гондолой о торосы, 11 человек, включая самого Нобиле, выбросило на льдину. Искорёженный дирижабль, с оставшимися на нём шестью участниками экспедиции, унесло в неизвестном направлении - их следы так и не были обнаружены. 17 человеческих жизней – такой общий трагический исход экспедиции Нобиле. Кроме 8 участников экипажа «Италии», погибло ещё 9 человек, рискнувших отправиться на поиски потерпевших аварию полярников – 3 итальянских лётчика-спасателя и экипаж самолёта «Латам». На спасение экспедиции Нобиле устремились моряки и лётчики Италии, Норвегии, СССР, Финляндии, Франции, Швеции. И тогда Амундсен в первый и последний раз в своей жизни совершил непоследовательный поступок. Забыв о своих разногласиях с Нобиле, не обращая внимания на то, что его новый самолёт недостаточно надёжен для полётов в сложных условиях Арктики, он решает пойти на совершенно неоправданный риск. 18 июня 1928 года 56-летний норвежский полярник вылетел на гидросамолёте «Латам-47» и направился к Шпицбергену.



Через 2 часа, когда самолёт находился у острова «Медвежьего», радист сообщил, что полёт проходит в густом тумане и запросил радиопеленг. Вскоре после этого связь оборвалась - «Латам-47» исчез в Баренцевом море со всем экипажем и его поиски ни к чему не привели. Только 1 сентября 1928 года шхуна «Бродд» обнаружила в Баренцевом море поплавок исчезнувшего самолёта, а 13 сентября был найден бензобак «Латама» с вбитой в него деревянной затычкой.




В докладе экспертной комиссии говорилось: «Самолёт с силой ударился о водную поверхность, нижняя часть бензобака вмята. Самолёт оставался некоторое время на плаву, поскольку пассажиры успели слить бензин и вбить деревянную затычку, чтобы использовать бензобак в качестве поплавка. Возможно, что поисковые самолёты пролетали над обломками, но туман скрыл их от глаз спасателей. Очевидно, Амундсен и члены экипажа погибли довольно быстро - температура Северного Ледовитого океана столь низка, что вряд ли они продержались в воде даже несколько часов. При температуре 2-3° по Цельсию счёт жизни человека идёт уже не на часы, а на минуты. Так трагически оборвалась жизнь одного из самых выдающихся полярных исследователей, национального героя Норвегии, отважного потомка викингов Руаля Амундсена.





За несколько месяцев до гибели, отвечая на вопрос журналиста о его любви к ледяным пустыням Арктики и Антарктики, Амундсен сказал: «Вы не можете себе представить, как они прекрасны! Я хотел бы умереть там!»




Из книги Т. Степановой «Полярные тайны»
Фото из сети

Tags: Амундсен, ЖЗЛ
Subscribe

  • Рай для Робинзонов

    Говорят, что где-то есть острова, где растёт на берегу трын-трава. И от хворости, и от подлости и от горести, и от гордости. Вот какие есть на свете…

  • Наполеон Востока. Часть 2

    Истинный царь над страною не араб и не белый, а тот, Кто с сохою или с бороною чёрных буйволов в поле ведёт. Хоть ютится он в доме из ила, умирает,…

  • Наполеон Востока. Часть 1

    На прохладных открытых террасах чешут женщины золото кос, Угощают подруг темноглазых имбирём и вареньем из роз. Шейхи молятся, строги и хмуры, и…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments